Что делать?
24 января 2020 г.
Благосостояние как подрыв национальной идеи
10 АПРЕЛЯ 2018, СЕРГЕЙ БОГДАНОВ
Михаил Златковский
Десять лет назад, в то самое время, когда подошли к концу пресловутые «тучные годы» — в растиражированном еженедельнике мне попалась на глаза колонка, которую вел известный российский политолог. На страницах газеты колумнист, предаваясь невеселому анализу только что наступившего в России экономического кризиса 2008, неожиданно отвлекся от финансовой составляющей. Вместо этого переключился на бытовую сферу, вспомнил недавнее прошлое и призвал читателя обратить внимание на то, что впервые с начала 90-х в домашних кастрюлях россиян стали слипаться макароны. Тогда подобное отступление показалось довольно стираным, хотя намек автора был и понятен. Несложная метафора, предвещавшая неизбежное падение уровня жизни населения «на уровне мелочей».
Тот первый период правления Путина, протекавший на фоне заоблачных цен на энергоресурсы, чисто с обывательской точки зрения содержал много приятного. И именно сегодня, оглядываясь назад, становится понятно, что набившая оскомину «политическая стабильность» — это ничто, по сравнению со стабильностью финансовой. Пока власть зачем-то нам кивает на опыт столь горячо нелюбимого Запада, прежде всего на США — апеллируя к исполнению американского гимна школьниками перед началом занятий, и обязательно вывешенным государственным флагом перед самим образовательным учреждением; но при этом, мало обращая внимания на «ненужные мелочи». В виде повального материального благополучия их родителей, обитающих в условиях в целом стабильной социальной системы; высокого уровня жизни и здоровой общественной среды. Здесь, конечно, стоило бы оговорится о том, что на такого рода факторы гораздо больше обращает внимание околовластная пропагандисткая машина, что выражается в яростном отрицании всего выше перечисленного — но данная статья не об этом.
Сколько бы не велось дискуссий на тему того, что некая национальная духовность должна непременно преобладать над идеей сытого, ярко выраженного в своей материальности, народного благополучия — десятилетия изучения всех сфер общественной жизни, отлично свидетельствуют о том, что разговоры остаются разговорами. А непосредственная реальность, с которой каждой правящей системе рано или поздно, но придется столкнуться лицом к лицу, и порой в самый страшный час — она вот, прямо за стенами правительственных учреждений.

Если бы сегодня возможно было бы представить, как на Красной площади собралась огромная, негодующая толпа. И стихия, исходящая от этой толпы вдруг обрела бы не беспредметный посыл «Нам надоело, мы хотим лучше жить»; а оформилась в конкретные требования «хотим лучше есть, хотим лучше одеваться, и прекратите отбирать остатки наших доходов в свою бездонную бочку!»

Из-за кремлевской стены высунулся бы высокопоставленный чиновник, испуганно-рассерженно выкрикнувший бы; — Да как вам не стыдно! Вы должны жить ради нашей национальной идеи, а если понадобится — то и умереть за нее! В том-то и дело, что некая национальная идея, которая, в идеале, должна сплачивать всех россиян, существует где-то в эфемерном пространстве, и, действительно, относится к сфере «духовного». У нее нет четких форм, потому авторитарная власть, при необходимости, может слепить из такого призрачного материала все, что угодно. И каждый раз это НЕ будет связано с «низменным» и материальным благополучием. Родину полагается любить просто так, именно потому — что это родина. В России родина никогда ничего не должна своим детям — зато им же, не устают напоминать, что сами они в неоплатном долгу перед тем географическим пространством, где появились на свет. Духовность здесь присутствует в таком объеме — что мысль о том, что человек из другой страны очень часто и много думает о своем благосостоянии; и, в случае войны, В ТОМ ЧИСЛЕ, готов будет защищать свою сытую жизнь.

Именно потому, что хочет чтобы она осталась таковой; в России такой взгляд на патриотизм выглядит просто немыслимо и дико. Все остальные факторы отбрасываются; в начале 2000-х известный патриотический боевик уже объяснил россиянам что У НИХ там «все просто так, кроме денег». А если уж вспомнить извечное «умом не понять, нужно только верить», нисходящее к более простому и доступному для понимания «не жили хорошо, нечего и начинать» — складывается наконец посконная формула некого чисто родного восприятия реальности. Самое изумительное, звучать это будет ровно аналогично, что приведенная выше цитата из фильма, но как здесь важна полная подмена вкладываемого смысла! В России, у простых людей, все беспритязательно, от души сердечно и бескорыстно; одним словом все, «кроме денег» (их всегда нет).

Графика: Михаил Златковский












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Конкуренция — залог развития
23 ЯНВАРЯ 2020 // СЕРГЕЙ МАГАРИЛ
Чем спорт отличается от физкультуры? Конкуренцией. Именно она толкает спортсменов на новые рекорды. Тогда почему же молодые люди левых убеждений ратуют за государственную собственность, несовместимую с конкуренцией? Их не убедили сто лет нашей истории? Поможет ли нам возрождение уравниловки, присущей крестьянской общине? Или новая попытка реализовать утопию Маркса – Энгельса – Ленина – Сталина, декларирующая преимущество бюрократического регулирования перед рыночной конкуренцией? Давайте это обсудим.    
Почему зарплаты наши низкие
17 ЯНВАРЯ 2020 // СЕРГЕЙ МАГАРИЛ
Политику нашего правящего класса по отношению к простым гражданам лучше всего характеризует такой показатель, как доля заработной платы в производимом товаре: в Японии — это 72%; в США — 70%;  в Европе — 68%;  в России — лишь 35%[1]. Даже вице-премьер Дмитрий Рогозин, выступая перед работниками Воронежского механического завода (производит двигатели для ракеты «Протон-М»), вынужден был признать: «Если эти люди получают 12-15 тысяч рублей в месяц, ждите беды. Диверсанты — те, кто не платит этим рабочим»[2].
Приживется ли частная собственность в России?
2 ЯНВАРЯ 2020 // ИГОРЬ Г. ЯКОВЕНКО
Один из фундаментальных вопросов, который стоит перед российским обществом и от которого нельзя отвертеться – это вопрос о праве священной частной собственности.  До начала 90-х права частной собственности, провозглашенного законом и признанного обществом, в России не было. Но и сегодня это право (прежде всего право на бизнес) не укоренено в сознании россиян, а при его реализации гражданином не вызывает уважения со стороны сограждан. 
Как отбирают кандидатов в судьи
19 ДЕКАБРЯ 2019 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Приговоры обвиняемым по «московскому делу» привлекли внимание наших сограждан к плачевному состоянию российской судебной системы. По опросам социологов уровень доверия россиян к нашему суду крайне низок. Его характеризует укоренившееся словосочетание «басманный суд». Граждане знают о послушности судей указаниям председателей судов, губернаторов и Администрации президента. Знают они и о страшном уровне коррупции в судах. Понимают, что даже в хозяйственных спорах, если они намерены выиграть дело, надо судью материально стимулировать. Обычно через «решал», т.е. особого рода «адвокатов». Закон в России «что дышло, как повернул, так и вышло».
Одни народы раскрывают тайны цивилизации, а русские врут на каждом шагу
17 ДЕКАБРЯ 2019 // АНДРЕЙ ЗУБОВ
Теперь спорт. За ложь в российской антидопинговой ассоциации русский спорт отстранили от участия в международных соревнованиях на четыре года. До этого была ложь в политике — «их-там-нет», «мы-не-сбивали», «мы-не-вмешивались-в-выборы» и т.д. Была постоянная ложь собственным гражданам и о пенсионном возрасте, и об уровне жизни. Было постоянное сокрытие сверхвеликих доходов, была ложь судей, выносящих абсурдные приговоры по болотному и московскому делам, была ложь свидетельских показаний. Море лжи, в котором, кажется, не видно ни одного островка правды.
Полиция и суд - зеркало наших нравов
16 ДЕКАБРЯ 2019 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Мораль типичного полицейского в  любом государстве  зависит от нравственных норм большинства граждан. В обществах, где люди предпочитают разбираться между собой внесудебными, внеправовыми средствами, и полицейские предпочитают следовать этой традиции. Там в полицию без серьезных связей в органах власти, без взяток обращаться  не только бесполезно, но и опасно.
Инструменты гражданского влияния на власть
6 ДЕКАБРЯ 2019 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Дискуссии на форуме ОГФ-2019 оставили хорошее впечатление. Но удивительно, что, говоря о гражданских правах, выступающие не конкретизировали их. Между тем, мировой опыт говорит, что, как минимум, должны быть обеспечены: - доступ к информации органов власти, - право гражданина подать иск в защиту интересов группы или неопределенного круга лиц, - право граждан на частное обвинение, в том числе госслужащих, нарушивших закон. Поговорим об этом подробнее.
Свобода. Выборы. Общее дело
5 ДЕКАБРЯ 2019 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Продолжаем публикацию наиболее интересных материалов Общероссийского гражданского форума, прошедшего 30 ноября 2019 года. Многолетние требования к власти создать условия для проведения честных выборов показали свою неэффективность. Ситуацию могут исправить только коллективные действия гражданского общества: общественных объединений, профессиональных и активистских групп, вне зависимости от сфер деятельности. 
Почему верховенство права важно для каждого
2 ДЕКАБРЯ 2019 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
В Москве 30 ноября2019 г. состоялся очередной Общероссийский гражданский форум. На нем рассматривались, в частности, такие вопросы: как добиться в России справедливости и равенства граждан перед законом, что такое правовое государство и правовая законность, почему нам нужны честные выборы и подлинный федерализм? ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ публикует с сокращениями и комментариями некоторые обсуждавшиеся на форуме материалы.  
Сменить вектор власти
13 НОЯБРЯ 2019 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Можно ли в России создать такую общественно-политическую систему, где решающими будут интересы простого народа? Можно ли установить справедливость в условиях рынка, частной собственности, свободы слова и верховенства права? То есть отбросив несбыточные коммунистические утопии? Можно. Пример тому наши соседи — Швеция, Финляндия, Норвегия, Правда, у наших народов разная история. В Скандинавии древние корни народного представительства и контроля власти. Викинги выбирали своих королей, и королевская власть была ограничена представительными органами.